Лошадиная Жизнь

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Лошадиная Жизнь » Архив анкет » ж. 4/9. одиночка.


ж. 4/9. одиночка.

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

...Руководствуясь разрешением заполнять анкету, видоизменив ее как целый рассказ, я так ее и написал. Не серчайте. Последние три пункта имеются.

Свернутый текст

http://uploads.ru/i/m/R/k/mRkws.jpg
|фото

Сознание весело подкинуло очередную картинку в бордово-розовых тонах, изящно подкрасив ее охряным блеском - и Имри зажмурился, застонал. Зашвырялся  ругательствами во все стороны. В твердолобой темной башке завыл дурным голосом адский припев мутной песни.
Имри затанцевал, безжалостно мучая убитые шпатом ноги. Пррравой-левой, вытягивая ту, что с белым уродливым пятном, вперед. Темную шею кольцом, черный круп подобрать, вороной корпус - в бараний рог, морду без меток - к груди. Иии...
Идиотский обычай маскировать свои болезненные припадки под легкомысленное безумие давались с поразительным весельем. Имри галопировал так, как будто это была лучшая скачка в его жизни, будто бы соревновался с собственной тенью, хотя это идиотское соревнование нужно было, как щепка в расколотом копыте.
Копыто, кстати, болезненно ныло, орало, ежесекундно умоляя о коротком отдыхе и о луже с прохладной глиной.
Имри было как-то плевать. Привыкши работать под приказами шаечного вояки, он временами забывал о своих недостатках и о боли. Припадки не забывались никогда. Они позволяли перходить в новую, странную фазу, туда, где не было мучающей головной боли и четкий, отточенный до последней алгоритмической мысли разум выполнял лишь то, что положено. Телом управляло нечто другое; оно именовало себя Гаем, молча принимало на себя боль и перебирало убитыми копытами.
Его никогда не мучало безумие. Имри - может быть, но не Гая. Гай был неутомим и холоден. Гай был трезв умом.
- Куда мне идти, черт тебя? - мрачно спросил Гай, заступая на тень, и покрутил башкой. Занавесил глаза некрасивой длинной челкой: Имри ненавидел, когда зрению что-то мешало, и убирал ее со лба набок.
Озираясь, Гай не видел никого из лошадиного племени. Пустую осеннюю степь кругом да рыжую траву под ногами - и ничего больше; душу грела одна мысль о приближающейся зиме.
Имри не счел нужным ответить. Стремительно исчез с пятна, погрязая все глубже в сознании. Спасался от розовых бликов перед глазами. Трусоватый...
Гай поднял заднюю правую, помахал ею в воздухе и принял решение дальше идти на оставшихся троих. Имри совершенно не заботился о своем теле, бездумно выполняя приказы сначала вожака, потом своей воли, которую исполнял второй персонаж.
А Гаю приходилось потом забирать тень-пятно, поневоле вставая на место командира.
В том была его обязанность: вести, охранять, лечить, думать. Имри был слишком мягкотелым. Хренов романтик всегда был под эмоциями, да еще и запрограммирован на неведомые алгоритмы.
Сейчас, когда Имри кинул его посреди чистого поля, больше трех суток не отдавая пятна (решил поиграть в героя и пережить мучения в виде больной головы), Гай знал,  что представления не имеет, где находится. А вокруг не было ни души.
Проклиная придурка, Гай медленно пошел вперед, старательно оберегая ногу.
С момента своего появления он поставил себе девизом фразу "не оборачиваться".
В конце-концов, ему было девять лет. Он был старше Имри на пять. Он знал, что когда бьют - надо отбиваться, и Имри так никогда и не понял, почему табун вдруг повысил его в иерархической лестнице на целую ступень. Да и сам Гай не понимал, за что; он пришел, встал на пятно-тень в тот момент, когда вожак угодил копытами Имри по шее, совсем рядом с горлом.
Тогда Гай вскочил, меняясь на глазах из сгорбленного грязно-черного жеребенка в тощего, хилого, но асфальтового жеребца. Он не менял ни формы, ни голоса - он просто выпрямился, вздыбившись, и начал драться. Так, с лету. Поменялось выражение глаз, поменялась стать - под характеристику к восставшей второй личности. Гай, зубами и копытами отогнав от себя нападавшего, попытался отдышаться и принять то, что есть; его память была в смятении. Он ничего не знал, кроме того, что ему девять лет и он родом с Северных Полей. Сознание мутнело, Гай приходил в себя через сутки-двое-трое, и опять понимал, что провалы во времени - это что-то нелепо-странное. Вожак табуна смотрел на него, как на нечто диковинное, и когда Гаю захотелось понять, почему так происходит, доминанта просто отшатнулся и чуть ли не заматерился.
Гай мыслил логически.
Он начал ставить отметки. На деревьях, на земле. Со знаками. Солнце и три тени - три часа пополудни, пока отбрасывает тень старая ракита. И Имри вдруг начал отвечать, раз за разом ставя свои отметки рядом с Гаевыми.
Вскоре оба научились уступать сознание друг другу, а потом и услышали собственные голоса: Гая - хриплый, низкий, без интонаций, и Имри - чуть повыше, с переливами. Как оказалось, Имри был всего лишь двухлеткой, и родом он был с Юга.
Разницу с годами оба так и не поняли. Обладая одним телом, одним сознанием, личности не были одногодками.
Имри считал, что все нормально. Гай тоже не видел ничего особенного. Более того, они ставили на ступень ниже всех, кто был всего лишь один; это стало ущербным в их глазах.
Потому, наверное, Имри и выгнали. Когда случился этот скандал, перетекший в бой, Имри в панике позвал Гая. В голос. При всех. Сожитель сознания отозвался; Гай, вступив на пятно, пытался убедить сотабунников одуматься: такой слабый четырехлеток должен был держаться вместе с остальными. Бандитскому роду он никак не вредил. Но Имри посчитали просто сумасшедшим; меняющийся голос, переоформляющаяся фигура, перемены в поведении не могли не настораживать. Точнее, пугать.
Имри был, по сути, загнанным эмоциональным подростком, вышколенным на манер плохого солдата: делать, делать и делать, невзирая ни на что. Гай обладал волей и резким, грубым характером. Оба разнились в уме и характерах, и у обоих было всего четыре ноги и два глаза...
Имри, просыпайся, хватит, - проворчал Гай, прыгая через поломанное деревце, - легче. Я устал слушать ретроспективы.
Поток мыслей прервался. Имри насторожил уши.
- Правда?
- Ага. Ногу не трогай пока. Сможешь не выходить где-то дня четыре? Надо восстановиться, а с твоими гонками мы скоро вообще перестанем ходить. И насчет табуна: я пятый раз запрещаю.
Имри обиделся и закрылся. Гай глубоко вздохнул и остановился; опустив нос к земле, он жадно вдыхал аромат огненной травы, осени и сумрака.
Там, впереди, не было ничего неизведанного и нового. Но они оба все равно были настороже; думая о будущем, никогда не оглядываясь, Гай и Имри искали обходные пути и лазейки. Следовало поберечься, залечить старые раны и предотвратить появление новых.

• Ваше имя
Кей.
• Частота посещения Вами нашей ролевой
От времени зависит. Если нет экзаменов - я с вами хоть на сутки.
• Средство связи с вами
kai-karakal@ya.ru

P. S. Предотвращая вопросы: автор анкеты психически максимально здоров.
P. P. S. Для тех, кому не совсем понятен вопрос возраста. Технически Имри на данный момент 4 года. Психологически ему тоже 4. Возникшей в два-три года, постепенно, личности Гая 9 лет. Психологически.

+2

2

Добро пожаловать!
Очень интересная анкета, как и персонаж. Рада видеть в наших кругах)
Принят, приятной игры.
Только поставь в подпись фото персонажа, чтобы окружающие знали, кто это ;)

0


Вы здесь » Лошадиная Жизнь » Архив анкет » ж. 4/9. одиночка.